маршал Е.
Вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря время терять? В полночь жду.
Короткий драбблик, относящийся к модерновой аушке про моих ребяток. Нравится он мне.
Написал давным-давно, вспомнил про него буквально вчера, слегка доработал.. и вот результат.

Осберт/Элиас, ~400 слов.

Пол неприятно холодил босые ноги, но Элиас всё равно осторожно пробежал по темному коридору и замер в дверях гостиной.
Тускло горел экран телевизора. Наверняка, опять какой-то спортивный канал. Картинки мелькали и отбрасывали на стены хаотичные отсветы. Звука почти не было слышно. Часы неумолимо отсчитывали время – половина третьего.
Элиас – в одной футболке, позаимствованной у Осберта и слишком для него большой – поежился от холода.
– Осберт? – непривычно тихо позвал он.
Со стороны дивана не донеслось ни шороха. Пусть увидеть мешала спинка, Элиас всё равно знал, что Осберт там. И вряд ли спит. Не спит же?..
– Ну эй? – произнес он, отчего-то цепляясь за дверной косяк.
Экран перестал так рябить – закончилась реклама и возобновился матч. Элиасу показалось, что Осберт шевельнулся.
– Осберт? – вновь позвал он с надеждой.
Опять молчание. Элиас обхватил себя руками – то ли в самом деле успел настолько замерзнуть, то ли накатило внезапное раскаяние. Всё же не стоило так заводиться. Всему виной напряженная смена, которую они отработали в клубе прошлой ночью, и дурацкий сопляк-гость, возомнивший о себе невесть что… Будто деньги его папочки могли купить ему не только общество хостов, но и перепих с приглянувшимся вышибалой. Элиас невольно стиснул пальцы. Эта дрянь буквально пожирала Осберта глазами: скрытое под белой рубашкой сильное тело, равнодушное лицо с падающей на одну сторону челкой, две аккуратных сережки в брови – нехарактерное для вышибалы украшение, и оттого еще более емко дополняющее образ. И Осберт, окинув этого сопляка оценивающим взглядом, вышел с ним на улицу. Чтобы сразу передать в руки приставленных к нему – благодаря заботливому папочке – охранников, как выяснилось потом. А не чтобы трахнуть за ближайшим углом, как тут же решил краем глаза следивший за происходящим Элиас.
Он прерывисто вздохнул и буквально заставил себя сделать шаг вперед. Но снова остановился. Может, уйти?..
Ещё шаг, другой, третий – и вот он замер, замерзший и дрожащий, переминаясь с ноги на ногу, не в силах даже в полутьме смотреть в лицо любовнику. Особенно – на яркую, свежую царапину на скуле.
– Я… – начал он, глядя в сторону.
Осберт не дал продолжить – молча откинул в сторону плед и отодвинулся к самой спинке. Элиас нерешительно шагнул вперед, но любовник кивнул, мол, давай уже.
После прохладного воздуха оказаться с теплым, даже горячим телом под пледом было верхом блаженства, и Элиас уткнулся Осберту в грудь. Тот обхватил его, крепче прижимая к себе, но Элиас вдруг поднял голову и мягко провел кончиками пальцев по расцарапанной скуле, словно извиняясь.
– Спи, – коротко отозвался Осберт.
Извинения были приняты.
________
1 марта 2015 г.

@темы: OC: гарем дядюшки Венцита, [ориджинал], графомань